Викторина (sportvictorine) wrote,
Викторина
sportvictorine

Запись №2304 /интервью/


infosud.ru 26.09.2011

НИКОЛАЙ ЯРЕМЕНКО: «КРАСНОЖАНА УВОЛИЛИ ЗА ТО, ЧТО ОН ОБСЛУЖИВАЛ ЧУЖИЕ БИЗНЕС-ИНТЕРЕСЫ»

Юридический и футбольный миры на первый взгляд никак не пересекаются, существуя в параллельных реальностях. Но это заблуждение. Между ними – очень много общего. Вот неполный перечень сходных черт: предельная закрытость, нежелание ни при каких условиях выносить сор из избы, непрозрачность бизнесов, корпоративная солидарность, которую уместнее назвать клановой. Все эти условия предоставляют журналистам и наблюдателям мало возможностей проводить полноценные журналистские расследования. При этом пищи для размышлений и независимых оценок у тех, кто умеет читать между строк парадные интервью футбольных чиновников и функционеров, хоть отбавляй.

В беседе с обозревателем РАПСИ известный спортивный журналист, главный редактор радиостанций «Говорит Москва», «Радио Спорт» и «Общественного Российского радио» Николай Яременко объяснил, почему первые лица отечественного футбола никак не реагируют на критику, как сосуществуют некоторые российские кланы и отчего в последние годы очень сильно упал уровень спортивной журналистики.

«НЕ ЗНАЮ, ЧТО ТВОРИТСЯ В ИХ ГОЛОВАХ»

– В своих авторских программах на «Радио Спорт» вы нелестно отзываетесь о целых командах и даже кланах в российском футбольном мире. Но подобные заочные споры с оппонентами, ваши оценки ситуации и отдельных личностей, до сих пор не стали предметом судебных разбирательств. В чем причина?
– Почему мои выступления не становятся поводами для исков в суд, я, признаться не знаю. Трудно понять, что критикуемым советуют их юристы, целые юридические департаменты, а, главное, то, что творится в их головах. Видимо, они привыкли бороться со своим недовольством другими средствами.

– Вы говорите обо всех, как об одном человеке. Первые лица нашего футбола – настолько одинаково безлики?
– Разумеется, нет. И я бы не стал всех объединять в одну кучу – Сергея Фурсенко (глава Российского футбольного союза – Прим. ред.), Виталия Мутко (министр спорта РФ – Прим. ред.), Сергея Прядкина (президент Российской футбольной премьер-лиги – Прим. ред.).

Над привычками того же Виталия Леонтьевича можно, конечно, долго иронизировать. Вспомните хотя бы 94 завтрака, которые, по мнению Счетной палаты РФ, он один употребил за 10 дней в ходе последней Олимпиады. Но я убежден, что министр искренне любит футбол, на самом деле хочет, чтобы тот стал лучше, прогрессировал. Другое дело, что не все получается. Далеко не каждый его шаг как на посту главы РФС, так и на должности министра спорта, однозначно положителен.

– При этом Мутко опытнее Фурсенко, или их аппаратные возможности одинаковы?
– Время показало, что именно как чиновник – в несколько раз. Потому что как только они входят в стык друг с другом, всегда побеждает Мутко. Взять, к примеру, принципиальнейший вопрос: кто будет контролировать расходы на «российский» чемпионат мира-2018. На сегодняшний день министр спорта полностью переигрывает главу РФС.

– Неужели доступный Сергею Фурсенко административный ресурс, связи, на деле ограничены? Ведь его родной брат давно занимает пост министра образования, то есть полноценный член команды Белого дома.
– Есть много нюансов. Кроме того, мы многое начинаем домысливать, играть в конспирологию. Люди часто элементарно додумывают. А те, кто принимает кадровые решения в масштабах страны, им настолько не принципиально, кто будет управлять российским футболом – Мутко ли, Фурсенко ли, кто-то еще… Говорить, что Мутко в 90-е с кем надо пил водку в Смольном и поэтому такой молодец, и так удачно продвинулся по карьерной лестнице, значит – тоже распространять слухи.

Мы с ним общаемся, я бываю на так называемых «деловых завтраках с министром спорта», описываю потом в своих программах, о чем там говорится, в том числе и не под запись. Но если раз от раза меня на эти тусовки приглашают, значит, самого министра все устраивает?

– Напрашиваются две параллели. Первая. Музыкальный критик Артемий Троицкий тоже одно время не особенно выбирал выражения – и сейчас просто не вылезает из судов. Хотя его оппоненты – не министры, не главы спортивных федераций и даже не генеральные директора клубов Российской футбольной премьер-лиги. Вторая. Журналист «Коммерсанта» Олег Кашин в интернет-блоге и своих заметках некоторое время тому назад также вроде как выражал собственное мнение. Но пока официально не установленному контрагенту Кашина год назад это мнение сильно не понравилось. Итог всем известен. Вам какой вариант возможного «решения проблем» идеологическими противниками ближе – как у Троицкого или как у Кашина?
– Моя ситуация проще – и чем у Троицкого, и уж тем более чем у Кашина. Я не занимаюсь журналистикой расследования. Я не публикую отсканированные копии документов, не вскрываю тайные финансовые схемы, не оглашаю эксклюзивно добытые данные о серых или черных зарплатах футболистов, о которых ранее никому не было известно. Я просто даю происходящему свою оценку. Может, она иногда чересчур жесткая, но это – мое мнение. Я комментирую цитаты из прессы, стараясь читать между строк.

Мы все, советские когда-то люди, обучены этой науке. Вот простой пример. Если в газетах тогда было написано коммюнике о встрече глав государств, которая прошла «в теплой и дружественной атмосфере», было понятно, что и на самом деле все решили к взаимному удовольствию сторон. Если же в таком же коммюнике указывалось, что «встреча прошла в откровенной атмосфере взаимопонимания» – значит, разругались начисто, и каждый про каждого сказал все, что думал. И ведь эти прогнозы многократно, спустя годы, подтверждались!

– Сейчас навык читать между строк едва ли не нужнее, чем лет 25 назад.
– И это вполне естественно. Когда я, скажем, читал интервью уже бывшего президента нижегородского футбольного клуба «Волга» Алексея Гойхмана, то в нем находил массу информации для размышлений и прогнозов. Слушайте и не удивляйтесь! Ранней весной этого года он говорил так. Мол, посмотрите, какой нас ждет интересный чемпионат! У нас команды после второго круга разобьются на две восьмерки! Ну, в первой будут четыре московских клуба, плюс «Зенит» и «Рубин». Седьмая – наверное, «Анжи». А вот восьмая – хорошо бы нам, «Волге», заскочить! Ведь когда ты девятый, много не футбола, а закулисной борьбы и договорняков. Подразумевалось, что для сохранения 9-12 места надо покупать матчи, то есть вкладывать деньги, чтобы сохранить прописку в элитном дивизионе. А вот если ты восьмой – представляете, сколько перспектив для красивой и вкусной жизни! Можно же поторговать!

И человек все это сказал вполне откровенно, в интервью СМИ. Я, соответственно, это выступление господина Гойхмана неоднократно комментировал. И что – на меня будет кто-то нападать за то, что я облил грязью нижегородскую команду? Можно сказать, что такой же грязью я облил и остальные 15 команд, которые играют в отечественной футбольной премьер-лиге.

«ЧТОБЫ ОЧИСТИТЬ НАШ ФУТБОЛ, НУЖНА ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВОЛЯ»

– Если даже не брать первых лиц, федеральный уровень, вы не раз говорили о темных делах некоторых региональных команд. Упоминались Томск, Самара, тот же Нижний Новгород. Публика, которая стоит у руля этих и им подобных структур, вряд ли столь же терпелива и цивилизованна, как хотят казаться чиновники общероссийского масштаба. И вряд ли такой тип людей станет решать вопросы в залах суда.
– Соглашусь, но не до конца. За последние годы состав этой публики серьезно поменялся. В 90-е годы категория людей, на которую вы намекаете, действительно стояла у руля практически всех футбольных команд страны. Они страшно хотели зарабатывать, причем любым путем. Но при этом они очень любили сам футбол. При этом такие менеджеры управляли клубами привычными методами, отчего было множество потерь и различных нюансов, которые в итоге многие такие команды попросту похоронили.

– Ну а сейчас-то что поменялось?
– На топовых позициях в клубах оказалось множество 25-28-летних управленцев, с корочками MBA, высшим экономическим и юридическим образованием. Может, это чьи-то родственники. Например, банка-владельца команды. Не суть важно. А важно то, что футбол они в основной массе не любят, и далеко не всегда стремятся разобраться в его особенностях. Но такие люди решают вопросы по-другому, не в стиле 90-х. И уж точно не по «варианту Кашина».

– В таком случае, пытливому журналисту нечего опасаться за жизнь и здоровье. Так в чем дело?
– Только в том, что пресса за последние 10-12 лет сама приложила огромные усилия, чтобы обесценить силу своего же слова. Главная беда современных спортивных журналистов – самоцензура. Да и, наверное, не только спортивных. Еще и поэтому поговорка «собака лает – караван идет» многими фигурантами эфиров и публикаций воспринимается буквально. Говорят? Ну и пусть говорят, нам-то что!

Меня иногда пытаются использовать как «сливной бачок». Присылают распечатки телефонных переговоров, стенограммы записей из переговорных комнат разных офисов. Я все это читаю, конечно, однако не использую. Но порой читаю эту же подковерную информацию в газетах и на интернет-сайтах, даже очень уважаемых. Читаю и делаю вывод, каким образом некоторые журналисты зарабатывают себе на хлеб с маслом, попутно монетизируя бренды своих изданий.

– Получается, полноценных журналистских расследований организации тех же договорных матчей, которые проводятся в тесной связке с правоохранительными органами и во многом опираются на данные, собранные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, в ближайшие годы мы не увидим. Аналог коррупционного скандала в итальянском футболе Calciopoli, или, как еще его у нас именуют, «Моджигейта», в России в принципе невозможен?
– Дело не в закрытости футбольного бизнеса, и даже не в том, что той же прокуратуре все это не интересно. Была бы первыми лицами российского государства проявлена политическая воля, всем бы немедленно эти дела стали крайне любопытны.

– Так в чем же дело?
– А в том, что на самом деле все мы никак не можем определиться, что для нас есть футбол. Бизнес, как в той же Италии? Нет – это бизнес для очень узкой группы людей. Футбол же в России несет социальную функцию. Мы время от времени начинаем спасать команды, которые с точки зрения бизнеса должны умереть. Вспомните «Томь», «Крылья Советов», «Амкар», как им буквально назначали новых спонсоров и те вытаскивали клубы-банкроты с того света. А кого-то, как «Москву» и «Сатурн», спасать и не подумали. Когда в «Крыльях» после чудесного спасения начинали разбираться, кому какие доли принадлежат, не могли понять, куда именно нести деньги. Ведь надо было, прежде всего, понять, кому какие доли принадлежат. Но сделать это было крайне затруднительно – из-за сложнейшей системы долей акционеров, их участия в капитале команды…

– Но ведь кто-то от таких чудесных спасений выигрывал в финансовом плане?
– Ну, разумеется – агенты и посредники. Стала канонической история, когда, к примеру, клуб «Томь» умирает, а в этот самый момент за сам факт подбора игрока агенту выплачивается 400 тысяч евро. Команда идет по миру – а 400 тысяч за, в общем, пустячное действие, нужному человеку исправно выплачивается.

– Знакомая сумма – в «Сатурне» накануне закрытия клуба было то же самое.
– Именно. Видимо, таковы устоявшиеся рыночные расценки на этот вид посреднических услуг.

«НЫНЕШНИЕ ФУТБОЛЬНЫЕ ВЛАСТИ НЕ МОГУТ АДЕКВАТНО СЕБЯ ОЦЕНИТЬ»

– Между тем, в европейских странах сообщения СМИ о преступных или, как минимум, подозрительных происшествиях и сделках в мире футбола – повод для активности правоохранительных органов.
– Да, в той же Германии скажет кто-то нечто из ряда вон выходящее в интервью – и уже вечером прокуратура зовет ньюсмейкера на беседу.

– У нас пока много только говорят…
– Все понимают, за что из «Локомотива» летом выгнали Юрия Красножана. Но кто-то кого-то куда-то вызвал в связи с матчем железнодорожников с «Анжи», который и стал поводом для увольнения этого тренера? Вспомним, что было в прошлые годы. Все слышали интервью бывшего главы судейского комитета Сергея Хусаинова, который пару лет назад рассказывал, кто в недавнем прошлом, сколько и за какой матч брал. Он лично говорил о конкретных ошибках Станислава Сухины в конкретном матче. Зная, как этот судья разбирается в правилах, помня о его опыте, очевидно – без денег тот бы так не судил. Сам же Хусаинов дает четкий алгоритм, как определить, что матч договорной. Вот он: если никто до игры к судье не подошел с просьбой «помочь» одной или другой команде – значит, точно: игра без судей. То есть договорняк. И что – Хусаинова куда-то вызывали, опрашивали?

Вадим Евсеев рассказывал, как некие люди предлагали в 2009 году сдать матч «Сатурн» – «Кубань». Его кто-то дополнительно куда-то вызвал?

Знаменитый матч «Терека» с «Крыльями Советов», который сам Виталий Мутко называл странным. Ноль эмоций. Вот вам и внимание соответствующих органов.

– Неужто у того же Мутко нет рычагов, чтобы повлиять на ситуацию, инициировать расследование?
– Уверен, что есть. Однако при нынешней футбольной власти любые разговоры о борьбе со странностями в российском футболе так и останутся словами. Вы же посмотрите их интервью! Они не могут себя адекватно оценивать. Все, что ими ни делается – грандиозно и гениально. Никак иначе.

«НАШ ЧЕМПИОНАТ СТАЛ ЧЕМПИОНАТОМ КАТАРА»

– Отсутствие реальной борьбы с коррупцией и теми же договорными матчами отразится на подготовке и проведении чемпионата мира 2018 года?
– Я вообще сомневаюсь, что к чемпионату мира-2018 мы подойдем хоть в сколько-то адекватном состоянии. Наш чемпионат постепенно превращается в чемпионат Катара. Многие звезды пред- и просто пенсионного возраста едут играть именно туда. Но вы мне хоть одну команду из чемпионата Катара назовете? Сможете рассказать, что именно там происходит? Никто за ним не следит, никто его не знает. Что такое сборная Катара, мы тоже не так давно видели.

– Получается не совсем объективно: вас послушай, так наши чиновники вообще ни на что не годны.
– Это, уж простите, поверхностная оценка. Каждый из отдельных происходящих процессов ведь может быть и во благо. То, что «Анжи» из дотируемого государством клуба стал частным, это хорошо. Но во благо футболу в целом все это не идет. Скажем, в премьер-лиге есть одна команда, называть не буду, которая живет, как «Челси», но совершенно неуправляема. И ее игроков вообще нельзя мотивировать просто играть в футбол!

Другой пример. Не так давно гендиректор «Зенита» Максим Митрофанов жаловался на две вещи. Питерские игроки получают большие премиальные за победу в отдельном матче внутреннего первенства, чем за победу в Лиге Чемпионов. Поэтому-то и тяжелее настроить их на матч с кипрским «Апоэлем», чем с «Краснодаром» или «Ростовом». Вторая его жалоба. Если человек получает 300-400 тысяч евро в год, его еще возможно увлечь премиальными. Но у нас все получают значительно больше, и на премиальные уже не реагируют.

– Кто же должен создавать нормальную атмосферу в частной команде помимо ее руководства?
– Риторический вопрос. Когда на днях Самюэль Это'О в интервью сказал, что если б «Анжи» предложил ему такую же большую зарплату, как в миланском «Интере», он бы никогда не поехал. А сказал он примерно следующее: я должен получать значительно большую сумму, хотя бы затем, чтобы показать африканским детям, что в этой жизни возможно все.

– То есть, кидая огромные суммы на зарплаты мировым футбольным звездам, мы деградируем?
– Да, но вот в чем парадокс – одновременно мы не превращаемся в посмешище. При этом большая иллюзия, что если мы скупим множество мировых звезд, кто-то усиленно начнет интересоваться нашим футболом. Реальная популяризация футбола – когда твои игроки выступают на постоянной основе в европейских клубах. Другой пока не придумано.

«ЧАСТНЫЙ КЛУБ – НЕ ПАНАЦЕЯ ОТ ВСЕХ БЕД»

– Когда чиновники превращают футбольную сборную страны в инструмент для извлечения прибыли, зарабатывают на коммерческих товарищеских матчах – это зло. Но когда отдельные клубы являются частными – это ведь благо. Так?
– Да.

– В таком случае любая частная команда фактически зависит от одного-единственного человека – инвестора, либо топ-менеджера. Случись с ним что – и нет команды?
– Но таковы особенности строительства «Потемкинских деревень» у нас в стране. Вычурные фасады, за которыми – нищета. У нас летом смаковали беспорядки в Англии. Их удалось побороть. И англичане долгие годы будут вспоминать все это как ярчайшее событие в жизни собственной страны. Но место Великобритании в мире от этого не изменится. А теперь давайте поговорим о том, что из себя представляет сейчас тот же Дагестан. По официальным данным, только в первом полугодии в республике произошло более ста террористических актов. Они – повседневность. Ты в темное время суток просто не можешь выйти на улицу. Причем эта повседневность имеет самое прямое отношение к футболу.

– Какое же? В терактах часто гибнут не миллионеры, а простые обыватели.
– Каждый тур дублирующих, или молодежных, составов проходит накануне игр основы. Таковы правила, регламент. Но есть только одна команда, которой официально разрешено во многих турах играть одним днем – это «Анжи». Если основной состав играет в 18 часов, их молодежь играет в этот же день, но в 13 или 14 часов. И никто не хочет туда лететь на два дня, ночевать там. Это ли не показатель того, что и «Анжи» – «Потемкинская деревня»?

И дело тут даже не в том, что с хозяином данной команды Сулейманом Керимовым может что-то вдруг произойти – автокатастрофа, уголовное преследование, внезапная смерть… Но если вдруг по каким-то причинам, о которых мы пока и не догадываемся, через год-два-три эта игрушка ему перестанет быть интересной, проекта под названием «Анжи» в эту же минуту не станет. Как не стало сочинской «Жемчужины». А ведь билборды о том, что они отказались от Дэвида Бекхема, украшали всю Рублевку еще год-полтора тому назад! Но тут другая история. Бизнесмену Якушеву этот футбольный клуб был необходим, чтобы войти в число тех, кто в Сочи зарабатывает в связи с будущей Олимпиадой. Но не смог, не рассчитал сил. И закончилось все всероссийским позором.

– То есть и частный клуб – не гарантия светлого будущего?
– Разумеется. Московский «Спартак» – тоже стопроцентно частный клуб, команда Леонида Федуна. Но от этого есть какой-то толк с точки зрения игры? Для владельца все это, на мой взгляд, интересно лишь с точки зрения куска земли в престижном районе Москвы, которую застроят коммерческой недвижимостью.

– Но ведь то же самое можно сказать и о группе ВТБ, которая владеет столичным «Динамо».
– Абсолютно. С 2008 года, прощального матча «Динамо» – «Томь», длится эпопея со строительством на месте стадиона «Динамо» другой арены. Давно там были? Старая еще стоит. Хотя обещали возвести новую уже к началу 2012-го.

«НАШ ФУТБОЛ – СИСТЕМА СОСУЩЕСТВОВАНИЯ КЛАНОВ»

– Порой кажется, что ваша критика избирательна и не распространяется на целый ряд столичных команд, их менеджмент. Вы почти ничего не говорите ни о ЦСКА, ни о «Спартаке» с «Динамо» (Москва), ни о «Локомотиве». Такое впечатление, что вот к этой своеобразной московской группировке вы относитесь как минимум лояльно. Хотя все они – плоть от плоти той системы, в которую встроен весь российский футбол многие годы. В чем тут дело?
– Наш футбол – сложно сбалансированная и сложно отрегулированная система многих групп влияния, кланов, если хотите. Есть Сергей Фурсенко – ставленник одной из финансово-промышленных групп. Есть Ольга Смородская (президент московского «Локомотива» – Прим. ред.) – ставленник верхушки РЖД. Есть еще пять-шесть кланов, которые при желании можно очертить. Не знаю, были ли в свое время между ними достигнуты какие-то договоренности, или так само сложилось, но эти кланы, что называется, не заходят на территорию друг друга.

Я часто просматриваю футбольные форумы в интернете, обращая, разумеется, внимание и на отзывы о своих выступлениях. Болельщики анализируют даже обложку моей книги. Мол, а давайте поглядим, что на ней изображено? Ага! Английские легионеры Павлюченко с Аршавиным, «Локомотив», «Спартак», «Зенит». Гинера (Евгений Гинер – президент ПФК ЦСКА – Прим. ред.) или «Динамо» (Москва) нет? Следует однозначный вывод: ну, точно – автор болеет за армейцев или динамовцев. У меня не было и нет задачи рассказать гадость про каждого. Есть факты или материал для анализа – буду говорить.

К слову, одна из моих последних программ на «Радио Спорт» была посвящена «Спартаку». Вернее, его главному тренеру Валерию Карпину.

– Что он еще натворил?
– Да ничего особенного – просто, как мне кажется, данный специалист окончательно утратил остатки человеческого достоинства.

– То есть?
– Не дело тренера советовать журналистам, что писать, а что – не писать. Про особенности его лексикона на публике говорили и писали уже, пожалуй, все коллеги.

– Давайте вернемся к группировкам и их взаимоотношениям.
– Приведу один яркий пример. Я подозреваю, что Ольга Юрьевна Смородская уволила тренера Юрия Красножана не за конкретный сданный матч «Локомотив» – «Анжи». А за то, что вдруг выяснилось: господин Красножан за полгода в команде выполнял вовсе не ее поручения. Грубо говоря, это мой бизнес, а человек обслуживает чужие бизнес-интересы. И все бы ее поддержали, если через неделю после отставки Красножана она бы вышла и громко сказала – сдал матч, вот я его и уволила.

– Но факт сдачи игры ведь еще надо доказать.
– Даже не в этом дело. Уж обоснования, нужные слова она бы нашла. Смородская – прекрасный оратор. Но она не стала ничего говорить, поскольку это стало бы нарушением определенного равновесия, которое сейчас есть в нашем футболе.

Второй нюанс. Глава РФС Фурсенко первым, когда все остальные еще переживали состояние шока, сказал, что такому специалисту, как Красножан, работа найдется. И, спустя буквально дни, создается мертворожденное дитя под названием «вторая сборная России». И только вчера выгнанный с позором тренер получает полноценный контракт в ней на три с половиной года. Да мало клубов, даже в мире, предлагает такие контракты! Тут же – разрешение совмещать должности, если Красножану поступит аналогичное предложение от какого-то клуба.

– Еще одним бонусом в такой ситуации становится полное отсутствие ответственности тренера за результат.
– Действительно, а как оценить, хороша ли работа специалиста, или нет? Представим, что я – Леонид Федун, то есть человек, который расстается с деньгами только в самом крайнем случае. И у меня Валерий Карпин – тренер. И этот тренер вдруг «сажает» «Спартак» на последнее, 16-е место в чемпионате. В такой ситуации я Карпина, наверное, выгоню, несмотря на все его прошлые денежные долги мне – Федуну.

Другой пример. Я – Дик Адвокат. Я привел сборную страны на третье или четвертое место в группе по итогам отборочного цикла. И уже мой начальник такому тренеру, как я, тоже, скорее всего, укажет на дверь. То есть главное – результат. При его наличии или отсутствии становится понятно, работаю я дальше с этим человеком, или не работаю.

А как теперь оценивать результат у Красножана во второй сборной страны? Она нигде не играет. Не будем же мы всерьез рассматривать товарищеские матчи с каким-нибудь Люксембургом или Лихтенштейном, о которых сейчас пытаются договориться? Игроки – не мотивированы. Команда не играет в официальных турнирах. По-моему, достаточно…

– Чем же так ценен уникальный специалист Юрий Красножан?
– Все до смешного просто. Речь идет об элементарной благодарности за то, что он выполнял отдельные поручения. И понятно, чьи поручения. Поручения того, кто сразу кинулся его спасать, параллельно придумывая варианты трудоустройства. Можно ли назвать все это цивилизованным методом ведения дел? Опять же – вопрос риторический.

© Источник: http://infosud.ru/anticorruption_publication/20110926/255829996.html Текст: Владимир Новиков
Tags: договорняки, интервью, коррупция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments